United FC

4 000 матчей «Манчестер Юнайтед» с воспитанниками в составе: легенды, игроки одного матча, и флипчарт Ферги.

“Это невероятная статистика”, - говорит Никки Батт, надувая щёки, сидя в кресле в “Каррингтоне”.

“Мы очень гордимся этим”.

Когда “Эвертон” прибудет на “Олд Траффорд” в это воскресенье, серия матчей, в которой хотя бы один выпускник академии “Манчестер Юнайтед” был бы на скамейке запасных, достигнет невероятного числа - 4 000 (прим. переводчика - статья была опубликована ранее по сезону, аккурат перед матчем против “Эвертона”, когда вышеописанная серия пока ещё составляла 3 999 матчей).

Возможно, чтобы в полной мере осознать это число, нужно взять паузу и задуматься.

Четыре. Тысячи.

В каждом из 3 999 последних матчей “Юнайтед”, как минимум один игрок, чей первый профессиональный контракт был подписан с “дьяволами”, либо был на скамейке, либо попадал в стартовый состав.

Имея Маркуса Рэшфорда, Скотта Мактоминея, Джесси Лингарда, и несколько других опций, Оле Гуннар Сульшер гарантированно продлит серию до 4 000 уже в эти выходные.

“Они впечатлят вас лишь в том случае, если получат шанс выйти на поле”, - говорит Сульшер.

“Я уверен, что эта серия перевалит далеко за 4 000”.

Серия началась в далёком 1937, и после всех изменений, случившихся за 82 года, она сохраняла постоянство, почему и заслуживает отдельного внимания.

Стоит отметить, что большую часть времени в “Юнайтед” даже не знали о существовании подобной серии. Не верите? Пообщайтесь с Роном Аткинсоном (менеджер клуба с 1981 года по 1986-й), и он скажет вам следующее:

“Всё получилось само-собой. Нам никто не говорил использовать молодых игроков намеренно”.

Стив Макларен уверен, что Сэр Алекс Фергюсон понятия не имел о существовании серии, несмотря на то, что руководил клубом 27 лет и решительно привлекал к основной команде выпускников академии:

“Перед матчами, мы очень часто приглашали молодых игроков и их родителей в офис Босса, чтобы убедиться, что они подпишут контракт с “Манчестер Юнайтед”, а не с кем-то ещё”, - поведал Макларен.

Величайший символ успеха академии “Юнайтед” Райан Гиггз тоже не знал об этой серии, даже когда сам руководил клубом на протяжении четырёх матчей в 2014 году. Гиггз предоставил дебюты Джеймсу Уилсону и Тому Лоуренсу, но, как объясняет The Athletic, скорее из-за того, что “не был доволен недавним поражением от “Сандерленда”, а “эти двое хорошо показали себя на тренировках”, но не по сентиментальным причинам.

Сама статистика всплыла лишь в 2013 году, когда Тони Парк проводил детальное исследование для своей книги “Сыны “Юнайтед”, написанной в соавторстве со Стивом Хобиным.

“Я рос в Австралии в 70-е, и поддерживал “Юнайтед” из-за своего отца-шотландца, который сильно поддерживал Дениса Лоу”, - рассказывает Парк The Athletic.

“Матчи тогда не показывали по телевизору, газетных отчётов по играм тоже не было, поэтому я просыпался в два часа ночи и слушал комментарии на BBC World Service”.

“Мой дядя постоянно показывал мне футбольные вырезки из газеты. В одной из них была статья о молодой команде игроков как раз моего возраста. Это вызывало интерес, так как мне самому тогда было 16, 17 лет. В 80-х, я вернулся назад в Англию, и стал следить за детьми c Клиффа (прим. переводчика - ранее, тренировочная база “Манчестер Юнайтед”)”.

“Там я повстречал Стива Хобина, как и я, владельца сезонного абонемента. Он поведал мне о своей идее написать книгу о Малышах Басби и Юношеском Кубке. Мы решили воссоздать всю историю. Интернета ещё не было, так что, приходилось идти в библиотеку. Параллельно у меня был консалтинг-бизнес, но я всё равно находил время. Обычно я направлялся в библиотеку Колиндайла или Эштона. Такое времяпровождение всегда вызывало у меня особенный интерес”.

“Мне хотелось узнать, кто же стал первым игроком основы из академии. Я нашёл Тома Мэнли, чей дебют пришёлся на 31 декабря. Тогда я продолжил поиски, выискивая составы на матчи, и отбирая из них каждого воспитанника”.

“Продолжительность серии матчей, в которых воспитанники выходили на поле, в начале 30-х годов составила около трёх лет. Затем случился перерыв, так как Мэнли в команде больше не было. Затем, в 1937 году, в состав прошло сразу несколько игроков - Джонни Кэйри, Стэн Пирсон, Джонни Хэлон и Джеки Уосселл. Вплоть до войны, один за другим они заигрывались в первой команде. Я стал проверять 1946 год, и серия продолжала расти”.

“В итоге, я выяснил, что с тех пор выпускники академии участвовали в каждой игре “Юнайтед”, и серия достигла около 3 700 матчей, на момент публикации книги в 2013 году. Я всё перепроверил несколько раз”.

“Манчестер Юнайтед” самостоятельно перепроверил эти цифры, и Парк убеждён, что это самая длинная подобная серия в мировом футболе.

“Серия “Эвертона” длится 2 000 игр подряд. У “Ноттингем Форест” она насчитывает 1 000 с чем-то матчей. Но никто даже и близко не стоит с “Юнайтед”, - говорит он.

“Барса” и “Реал” - не у дел. Серия “Аякса” берёт своё начало в 1982 году, а до этого она прерывалась. Сложно проанализировать Южную Америку, так как записей об их футболе не существует”.

“Мне пришлось разобраться, какие матчи должны учитываться, а какие - нет. Всё, что лига считала выступлениями за первую команду, я брал в расчёт. Я также учёл Суперкубок, Суперкубок ScreenSport и Англо-итальянский кубок, так как все эти турниры признавались официальными. Но я не считал Кубок Уотни”.

“Пытаясь понять, что в разных странах считалось официальным матчем, а что просто товарищеским, я был предельно строг и постоянен, насколько это возможно. Я хотел, чтобы сравнение было честным, поэтому, когда сомневался, отдавал предпочтение в пользу продления счёта серии”.

“Юнайтед” знал, чем занимается Парк, а после того, как он опубликовал твит со своего аккаунта @mrmujac, узнал и остальной мир.

“В клубе были прекрасно осведомлены, кто мы такие, и чем занимаемся, а в один прекрасный день я решил опубликовать эту информацию в твиттере”, - продолжает Парк.

“Твит сразу попал в тренды, а количество моих подписчиков подскочило. На следующей неделе, я снова опубликовал обновленную информацию. И решил делать это каждую неделю, чтобы подгореть интерес к нашей книге”.

“Затем, мне на почту пришло письмо от клуба, со следующим содержанием: “Можно ли воспользоваться статистикой?”. Естественно, я согласился, ведь это всего лишь статистика, и с ней можно делать, что пожелаешь”.


Очевидно было бы задать вопрос: находилась ли эта серия когда-либо под угрозой? Ответ на него положительный, и что иронично, однажды это случилось, когда менеджером был Фергюсон.

“Это произошло перед тем, как Фергюсон внедрил политику подпускать молодых игроков к первой команде”, - поясняет Парк.

“В конце 80-х, и начале 90-х, выпускниками академии в первой команде были лишь Марк Хьюз и Клейтон Блэкмор. Однажды, Хьюз пропускал матч из-за травмы, и лишь присутствие Блэкмора на скамейке продлило серию. Если бы не он, всё было бы кончено”.

Этим матчем стала выездная игра против “Шеффилд Юнайтед” в марте 1992 года - это был последний сезон перед началом Премьер-Лиги, и тогда разрешалось делать всего одну замену.

Блэкмор хорошо помнит тот день:

“Я тогда забил победный гол”, - гордо выдал он, когда узнал, что его появление в том матче имело куда большее значение, чем просто какая-то борьба за титул.

Блэкмор отправил мяч в сетку через восемь минут после того, как появился на поле. В матче принимал участие и Ли Шарп, но согласно критерию Парка, он не считался воспитанником команды, потому что подписал профессиональный контракт с “Торки”, перед тем как присоединился к “Юнайтед” в возрасте 17 лет. Более того, любой игрок, присоединившийся к команде после наступления 18 лет, тоже не учитывается, так как игроков этого возраста ФА не котирует как юных. Такие строгие правила подсчёта делают серию ещё более поразительной.

Глядя на то, как Нил Уэбб обменивается рукопожатиями с Сэром Мэттом Басби, Блэкмор просто сияет.

Близка к завершению серия была и в мае 2011-го. В матче против “Арсенала” на “Эмирейтс”, никто из 14 игроков, принявших участие в игре, не был воспитанником. Но показатель удалось сохранить благодаря Джону О’Ши на скамейке.

Спустя три дня, в полуфинале Лиги Чемпионов против “Шальке”, 6 из 18 игроков были воспитанниками клуба - это более честное отражение работы Фергюсона в “Юнайтед”. Ни один менеджер клуба не имел на своём счету больше дебютантов за первую команду, пришедших из академии: Сэр Мэтт Басби предоставил дебюты 75 игрокам, а Фергюсон - 88. Первым таким игроком стал голкипер Гари Уолш, который 13 декабря 1986 года, вышел играть за первую команду в возрасте всего 18 лет.

“Я дебютировал на Вилла Парк”, рассказывает Уолш.

“Моё имя и фото красовались во всех газетах. Играть в воротах за “Юнайтед”, да ещё и в таком возрасте, в то время было большой редкостью”.

Последним игроком, которого Фергюсон подтянул в первую команду стал Робби Брэди, вышедший на последние четыре минуты в матче Кубка Лиги против “Ньюкасла”, 26 сентября 2012 года. Четыре месяца спустя, Брэди был продан “Халлу”, а затем он поиграл за “Норвич” и “Бёрнли”, при этом отыграв 46 матчей за сборную Ирландии. Макларен, ассистент Фергюсона с 1999 по 2001 годы, рассказал, что менеджер “Юнайтед” всегда с особым вниманием отслеживал карьерный путь игроков, которые покинули клуб.

“У него в офисе всегда стоял флипчарт, на котором можно было посмотреть всех воспитанников, которых он продал”, - рассказал Макларен в интервью The Athletic.

“Он делал записи по всем трансферам. У меня от всего этого дух захватывало. 100 000 фунтов туда, 500 000 фунтов сюда. Он считал, что “пусть они и не смогли реализовать себя в “Юнайтед”, но зато академия самоокупается, и даже приносит прибыль”. Сэр Алекс регулярно обновлял эти данные”.

В общей сложности, 279 игроков академии (они перечислены на видео ниже) помогли “Юнайтед” достичь серии в 4 000 матчей подряд с воспитанниками в составе. 237 из них выходили на поле, что составляет больше 50% от всех игроков “Юнайтед” за этот промежуток времени. Из 42 игроков академии, которые попадали в состав “Юнайтед” на матч, но так и не дебютировали, часть всё равно смогла многого добиться в футболе. Данни Дринкуотер и Мэттью Джеймс выиграли чемпионский титул с “Лестером” в 2016 году, а Том Хитон представлял сборную Англии.

Из 4 000 матчей, воспитанники не появлялись на поле лишь в 13, но великая серия не раз продолжалась благодаря игроку академии на скамейке, который так и не удостоился дебюта за клуб.

Уолтер Крикмер стал первым менеджером “Юнайтед”, который предоставил возможность дебютировать за клуб игроку академии. Этим парнем стал Том Мэнли, родом из Нортуича на западе Чешира. Мэнли вышел на поле 5 декабря 1931 года, и в итоге провёл за “Юнайтед” 195 матчей, последний из которых стал самым первым матчем в нашей серии из 4 000 игр - это была игра против “Фулхэма”, 30 октября 1937 года.

К этому моменту, Джонни Кэйри уже тоже дебютировал, и в итоге провёл за клуб 344 матча. При его капитанстве, клуб выиграл Кубок Англии 1948 года, а также титул Первого Дивизиона 1952 года - это было первое чемпионство при Сэре Мэтте Басби.

Мы знаем о Малышах Басби всё: как вера в молодёжь послужила фундаментом первого великолепного отрезка в истории клуба. Но не стоит забывать, что он оказал большое влияние и на второй такой отрезок, и случилось это уже при правлении Фергюсона.

Перед тем, как Гиггз провёл за клуб рекордное число матчей - 963, и выиграл 22 основных трофея, он был всего лишь впечатлительным тинейджером, который как-то раз повстречал Басби на “Олд Траффорд”.

“Когда мы шли забирать свою зарплату, мы проходили мимо его офиса”, - вспоминает Гиггз.

“Повсюду стоял запах трубки, и его дверь всегда была открыта. Поэтому, когда он замечал, что мы проходим компанией, он звал нас к себе, и расспрашивал о том, как идут дела. Если честно, он слегка напоминал Сэра Алекса. Если вдруг кто-то из нас выглядел не очень опрятно, он говорил: “Сынок, тебе бы не помешало привести себя в порядок”.

У Гиггза есть ещё одно воспоминание:

“Когда я только подписал контракт с клубом, мы отправились на турнир для детей до 14 лет, который проходил в Швейцарии у клуба “Грассхоппер”, - продолжает Райан.

“Сэр Мэтт и Бобби Чарльтон тоже были с нами. Сначала мы видели их в самолёте, затем по прибытии в аэропорт, а потом, когда болельщики подняли невероятный шум, пытаясь взять автографы. Тогда-то ты начинаешь думать: “Чёрт возьми, они - легенды, и прилетели вместе с нами”. Это помогало осознать, насколько популярны они по всему миру”.

Сорока годами ранее, Джон Эштон младший - лучший игрок матча финала Кубка Европейских Чемпионов 1968 года - имел возможность проникнуться уникальной аурой Басби. Его отец Джон прошёл академию клуба, перед тем как получил возможность выступать за “Юнайтед” в 1940-х, после чего возглавил систему для подготовки юношей.

“В 15 лет у меня были пробы в “Юнайтед”, - рассказывает он, сидя в ложе на “Олд Траффорд”.

“Я отыграл матч, а на следующий день Босс - так мы называли Басби - подозвал к себе отца и сказал: “Слушай, Джонни, такое бывает, но малыш Джон недостаточно хорош”. Мой отец сделал вид, что понял, но у него было другое мнение на этот счёт. Он организовал мне пробы в “Эвертоне”, где я отыграл два матча, после чего они сразу же предложили мне возможность перейти к ним”.

“Затем отец был в офисе Басби, и уходя обронил фразу: “Кстати, Джон завтра подпишет контракт с “Эвертоном”. На что Басби вопросительно ответил: “Постой, а сколько ему лет?” Думаю, это был очень умно поставленный вопрос. Отец ответил, что мне 15. И тогда Басби сказал: “Ох, я ведь думал, что ему уже 18! Тебе лучше оставить его у нас”.

“Сейчас мне кажется, что он понятия не имел, оправдаю ли я надежды, но это выглядело бы не очень красиво, если бы я перешёл в другой клуб, в то время как мой отец продолжал на него работать”.

Эштон старший был седьмым игроком академии, дебютировавшим за клуб. Эштон младший стал семьдесят первым.


Попасть в первую команду “Юнайтед” - непростая задача. Шансы с самого начала не в твою пользу. В мае, Рэшфорд и Лингард оба указали в историях Instagram, что процент игроков, которые попадают в Премьер-Лигу после выпуска из академии клубов, составляет “0.012%”.

За красивой обёрткой скрывается тяжёлый труд. Некоторые игроки рассказывают о трудном времени в академии, когда можешь либо смириться с тем, что “утонул”, либо продолжать пытаться “плыть” к вершине.

39-летний Ричи Уэлленс сейчас является менеджером “Суиндон Таун”, и идёт первым в Лиге 2. Будучи тинейджером, Ричи находился в академии “Юнайтед” вместе с Уэсом Брауном, и пытался пробиться в команду, которая только что выиграла требл.

“Нынешние подростки, начиная с 15 лет и вплоть до 21 года, и понятия не имеют, как шутили друг над другом в то время, - говорит он, - это было весело, но жестоко. Те, кто не справлялся, оставались у “обочины”. - Нам всем давали разные задачи: чистить душевые, либо накачивать мячи. Если у кого-то не получалось, то молодые игроки на контрактах выписывали нам наказание. - Оно называлось “судом”, и его даже можно было оспорить, но доказать свою правоту удавалось редко. Так что, в итоге приходилось исполнять что они пожелают”.

“Бывало, что приходилось обмазывать всё тело кремом для обуви, и бегать вокруг “Клиффа” кругами, порой, голым! Худшее, что случалось конкретно со мной, это когда я сидел на краю кушетки с полотенцем на голове, и ничего не мог видеть. Один из парней накачал мяч до предела, обёрнул в одеяло, и пробил мне им прямо по голове, отчего у меня началось головокружение. - Но когда совершаешь ошибки, приходится сталкиваться с последствиями. Так это работало тогда. Конечно, хорошо, что сейчас всё изменилось, но теперь те, кто проходят через академию - не выполняют мелких поручений, что были у нас. Они больше не чистят бутсы игрокам первой команды”.

“Бывало, что я даже гордился этим. Я чистил бутсы Брайана Маклейра, Эрика Кантона и Роя Кина. Сейчас этого нет. О них слишком заботятся с самого раннего возраста. Я всё понимаю о мерах безопасности и возможных психологических проблемах, но, как мне кажется, это зашло слишком далеко”.

Райану Гиггзу все эти истории знакомы. Ему приходилось чистить раздевалки резервистов, а суровые задания раздавал сам Эрик Харрисон - тренер юношеской команды, известный воспитанием знаменитой группы игроков Класса 92’.

“Мне приходилось убираться, натирать всё до блеска, и подметать”, - вспоминает Гиггз. - Затем приходил Эрик, и проверял раздевалки. Если что-то было не так, он говорил: “Здесь всё ещё грязно!”, - после чего возвращался к себе, и заставлял ждать своего прихода целый час, пока ты всё не исправишь. Как-то раз, он заметил, что душевые недостаточно чистые, после чего достал зубные щётки и протянул их мне со словами: “Используй это”.

Тем не менее, Гиггз считает, что хуже всего было собирать мячи, в особенности, из-за Петера Шмейхеля, который ненавидел, если мяч оказывался в сетке его ворот, даже на тренировках.

“Когда Пит пропускал голы, он говорил, что они недостаточно накачаны, после чего бросал их в речку Ируэлл, которая протекает прямо рядом с “Клиффом”, - рассказывает Гиггз, всем своим видом давая понять, в насколько безнадёжной ситуации оказывались те, кому приходилось бежать за мячами, которые уносит течение реки.

Вряд ли нынешнее поколение молодых игроков сталкивается с подобными трудностями. Но и им есть что рассказать.

Джош Харроп, который сыграл одну игру за “Юнайтед” ещё при Моуриньо, и забил в течение первых 15 минут, в своё время получил от клуба школьную стипендию. Она выдавалась лучшим детям в возрасте от 12 до 16 лет, которым впоследствии помогали переезжать к “Каррингтону”, и обучали в школе “Эштон на Мерси”, спонсируемой “Юнайтед”.

Для Харропа это стало шоком.

“Раньше я ходил в школу “Оффертон” в Стокпорте”, - рассказывает он.

“В “Эштон на Мерси” на галстуке было 7 полос, нам приходилось носить блейзер и школьные туфли, заправлять рубашку, и никаких пайт! Я не знал этого, поэтому в первый день пришёл в чёрных кроссовках, обычных штанах, и в пайте, а не блейзере. Конечно, они мне всё высказали по поводу внешнего вида”.

“Я к этому не привык, здесь всё очень по-другому”, - жаловался Джош маме.

Возможно, это может показаться в порядке вещей, но когда тебе 13, то нужно время, чтобы приспособиться, особенно когда живёшь вдали от родителей, в новом доме.

“Сначала я въехал в дом, гдё всё было очень строго, нужно было ложиться спать в половину восьмого, всё было совсем не так, как дома”, - продолжает Харроп.

“Это обескураживало, мне даже не хотелось ничего доставать из холодильника, так как это было не моим”.

После этого, Дэйв Башелл, главный по образованию и благополучию игроков в “Юнайтед”, договорился с другой семьёй:

“Они были потрясающими, плюс у них было два сына, с которыми я поладил”, - с улыбкой вспомнил Харроп.


Каждый из 279 игроков в этом списке имеет свою уникальную историю о том, как попал в академию клуба.

Харроп выступает на позиции атакующего полузащитника, и его приметили при игре за “Спёрли Хэй” в Стокпорте:

“Я успел побывать в центрах “Блэкбёрна”, “Болтона”, и “Юнайтед”. Последние были во мне не особенно уверены, перед тем как, всё-таки, предложили контракт”, - говорит Харроп.

“В один из дней, я в каком-то роде уже практически подписал контракт с “Болтоном”, а на следующий день мой отец пообщался с человеком, который работал в “Юнайтед”, сказав ему, что они “несерьёзно ко мне относятся”. В итоге, в течение того же дня, они предложили мне контракт, и я поставил подпись”.

Артур Албистон, выступавший за “Юнайтед” между 1972 и 1988 годами, имеет на своём счету три Кубка Англии, и является 11-м в списке игроков, сыгравших за клуб больше всего матчей. Путь, который проделал Харроп, Албистон видел полностью благодаря роли комментатора матчей юношеской и резервной команды на MUTV.

Его собственная история перехода в “Юнайтед” получилась более привычной, ведь на него из клуба вышел Джон Эштон старший:

“Я приехал из Шотландии на неделю проб, это было во время Пасхи 1972 года”, - рассказывает Албистон, родным городом которого является Эдинбург.

“Думаю, мне удалось показать себя, потому что на обратном пути Мистер Эштон отправился вместе со мной, чтобы поговорить с родителями. Домой мы вернулись на самолёте. На кухне родительского дома, он предложил мне двухлетнее обучение в клубе”.

Гари Уолш, оказавшийся в “Юнайтед” в 1983 году, должен благодарить за это фортуну. Ныне 51-летний тренер вратарей “Вест Бромвича” не скупится на самокритику:

“Мне больше нравилось регби, по правде говоря”, - рассказывает он.

“У нас в “Уигане” даже футбольных ворот нигде не было, только регбийские”.

“Я выступал на позиции блуждающего нападающего или центрфорварда, и собирался перейти в “Уиган”. В футбол я играл лишь на пол-ставки. Меня приметили в игре, на которую я отправился с товарищем просто в роли зрителя. Но вышло так, что голкипер не объявился, поэтому в ворота встал я. Скаут “Юнайтед” присматривал другого вратаря, но в итоге они предложили эту возможность мне”.

“Он пришёл ко мне домой в понедельник вечером, а документы я подписывал в гостиной, вместе с родителями. Честно говоря, мне стоило выбрать регби, там у меня вышла бы карьера получше! Но мой отец очень сильно болел за “Юнайтед”.

Скаут, когда-то приметивший Пола Скоулза, стал тем, кто обратил внимание на Уэлленса:

“Я играл за “Коллихёрст и Мостон”, когда на меня обратил внимание скаут Том Корлесс и Брайан Кидд”, рассказывает Уэлленс.

“Они подписали меня и Уэса Брауна. Я знал Уэса долгое время, ведь мы играли друг против друга с 8 или 9 лет, а потом мы продолжили играть вместе ещё 10 или 11 лет”.

Корлесс нашёл и Батта.

“Я выступал за местную команду, “Дройлсден Юниорс”, когда получил письмо о приглашении пройти пробы в “Юнайтед”, - рассказывает Батт.

“Первые пробы прошли плохо, и после них пришло письмо с текстом, что меня не оставят. Они оправдались тем, что я был слишком низким, но на самом деле, они просто думали, что я недостаточно хорош”.

“У меня до сих пор сохранилось то письмо, я даже показывал его Боссу (прим. - Ферги) какое-то время назад. Но потом я вернулся на ещё одни пробы, вот так всё и началось”.

Одноклубник Батта все эти годы, Райан Гиггз, до “Юнайтед” тренировался с “Сити”, но затем Алекс Фергюсон лично навестил его на “золотом мерседесе”. Предложение надеть красную футболку было невероятно привлекательным.

“Признаться, в те годы юношеские команды “Сити” были больше на слуху, и доминировали”, - говорит Гиггз.

“Пол Лейк, Дэвид Брайтуэлл, Пол Молден, Дэвид Уайт - у них была целая группа молодых игроков, стучавшихся в первую команду. Но это не сыграло никакой роли в моём решении, ведь я - болельщик “Юнайтед”, и моими героями были Спарки и Клейтон”.


Батт работает с академией “Юнайтед” с 2012-го, и сейчас занимает должность главного по развитию игроков первой команды, пытаясь выстроить стратегию, когда именно молодые игроки готовы к выходу на поле за основу. Он был в тренерском штабе на матче против “Астаны”, когда Сульшер предоставил дебюты шестерым игрокам в одном матче - рекорд клуба.

“Мы стараемся реагировать, когда игроки в чём-то нуждаются”, - рассказывает Батт The Athletic.

“Нет никакой магической формулы, поэтому очень важно иметь персонал, который уже долгое время здесь работает. У наших сотрудников есть опыт понимания, как молодые игроки должны выступать на различных этапах своего развития”.

Батт очень честно рассказывает о своём первом матче, пришедшимся на 21 ноября 1992 года, за два месяца до его дня рождения:

“Я дебютировал, когда не был готов играть за первую команду “Юнайтед”, - говорит он.

“Это было наградой от Сэра Алекса. Таким образом он поступал с теми, в ком видел потенциал”.

“Всё дело в надежде. В отношениях с молодыми игроками это самое важное. Дело не в том, где они сейчас, а в том, где они окажутся через четыре, пять, шесть лет. Утром, в день матча, я узнал, что выйду на поле. Изначально я и не подозревал об этом и думал, что буду там просто помогать по уборке, ведь раз в две недели я только тем и занимался, что собирал грязные трусы после матча”.

“Для мальчишки 17 лет, выросшего в Манчестере, это было просто невероятным достижением. Не только для меня, но и для моей семьи, и окружения. Там, откуда я, такого не случалось очень давно. Я заменил Пола Инса и играл с Брайаном Робсоном, который был для меня героем”.

“Как бы там ни было, это самая лёгкая часть пути. А сложная часть состоит в том, чтобы сохранить за собой место надолго. И не просто числиться в составе, а быть частью победной команды, ведь главная цель этого клуба - побеждать”.

Схожую с Баттом историю рассказал и Эштон, который не знал, что сыграет до самого стартового свистка:

“Мой дебют в 1965 году случился очень быстро, потому как три или четыре раза меня готовили к возможному выходу на поле, но этого не случалось”, - рассказывает Эштон.

“Деннис Лоу испытывал проблемы, поэтому Басби сказал мне: “Я хочу, чтобы ты сегодня подготовился, Деннис не в порядке”. Перед игрой мы обычно встречались, чтобы отведать стейк. Но Деннис всегда заявлял: “Я в порядке, и готов играть”.

“В общем, ситуация повторилась, Басби снова меня предупредил, но я подумал, что всё пройдёт по привычному сценарию, и даже на минуту не задумался, что сыграю. Матч начинался в три часа, и в 2 часа Босс сказал: “Ты играешь, сынок”. У меня не было времени подумать. Я переоделся и вышел на поле. Специально ли он поступил таким образом, чтобы я не перенервничал, я не знаю”.

“Это было против “Лестера”, в воротах их команды стоял Гордон Бэнкс. Помню, как я попал в штангу. Это был мой маленький вклад в чемпионство “Юнайтед”. Мы обыграли их 1-0, и думаю, могу сказать, что помог команде. Это было потрясающе! В последующем сезоне я сыграл ещё несколько игр. Мне было 17-18 лет. Но идея Басби была такой: “Если ты достаточно хорош - ты достаточно взрослый”.

Об этом слогане Басби на “Олд Траффорд” вспоминали 21 мая 2017 года, когда Анхель Гомес стал самым молодым игроком со времён Данкана Эдвардса, в 1953 году вышедшего на поле в футболке “Юнайтед”. Гомесу было 16 лет, 8 месяцев и 20 дней, когда он заменил Уэйна Руни на 88 минуте матча против “Кристал Пэлас”. Эдвардсу на момент рекорда было 16 лет, 6 месяцев и 3 дня.

Гомес стал первым игроком, родившимся в новом тысячелетии, который оказался на поле в матче Премьер-Лиги. Моуриньо намекнул на его дебют тремя днями ранее:

“Это случилось в праздничный вечер в честь наград за сезон, и я стал игроком сезона юношеской команды”, - рассказывает Гомес The Athletic.

“По пути к своему месту, после награждения, менеджер окликнул меня со своего стола. Не зная, что он хочет сказать, я подошёл. Он похвалил меня: “Так держать. Завтра будь готов, ты будешь тренироваться с нами”.

“Дома родители поздравили меня. На следующий день я действительно тренировался с первой командой, и было здорово встретить игроков основы, особенно после перехода из академии. Тренировка прошла хорошо. Я немного задержался, и тренер сообщил мне, что я отправлюсь вместе с командой на игру, а также дал тренировочный костюм”.

“Джесси (Лингард) заехал за мной утром, и мы вместе отправились на “Олд Траффорд”. Состав на матч не говорят до самого конца. Я узнал, что оказался на скамейке запасных только когда зашёл в раздевалку и увидел футболку со своей фамилией. Моими мыслями в тот момент было: “Ох, это сумасшествие”. Я в этом клубе с 6 лет”.

“Странно, ведь я помню, что, будучи младше, мы отправлялись на тур по стадиону, и видели имена на футболках в раздевалке - фамилия Руни была на одной из них”.

В том же матче дебютировал и Харроп, вышедший в атаке вместе с Руни. Спустя всего 15 минут, он получил пас от Поля Погба, срезал угол и забил.

“Нереальное чувство”, - говорит он.

“Возвращаясь в раздевалку в перерыве, я думал: “Я забил гол за “Манчестер Юнайтед”. Цель на жизнь выполнена. Для этого ты и трудишься все эти годы…”.

“Всем моим друзьям пришлось покупать билеты, потому что у меня их на всех не хватило. Одному из них пришлось идти на стадион пешком целый час, так как у него не было машины”.

У Харропа нет негатива к Моуриньо, но он признаёт, что среди игроков молодёжи было чувство, что они получали право тренироваться с первой командой только когда Жозе были нужны игроки для количества.

“Не было ощущения, что он наблюдает за тобой”, - продолжает Харроп.

“Скорее, так было при Луи Ван Гале. Думаю, я бы дебютировал ещё при нём, если бы не две грыжи, что у меня были. Как-то я сидел на велосипеде, когда первая команда растягивалась, он подошёл ко мне и сказал: “Если продолжишь усердно трудиться, однажды будешь вместе с ними”. Я пришёл домой и сразу же позвонил отцу: “Чёрт побери, он только что сказал мне такое!”.

Но именно Моуриньо предоставил дебют Харропу, который теперь выступает за “Престон Норт Энд”, а тот матч для него стал первым и последним за “красных дьяволов”.

“Я хорошо проявлял себя в резервной команде, забил на выезде “Арсеналу”, а затем отличился хет-триком против “Тоттенхэма”. Моуриньо даже приходил посмотреть”.

“На следующей неделе, я стоял в очереди за едой в столовой, когда Жозе подошёл и спросил: “Ты готов играть?”. Позже я был в бассейне, Ники Батт подошёл ко мне и сказал, что я буду задействован в матче. Даже оказаться на скамейке было бы просто невероятно. Затем было проведено командное собрание, и я узнал, что выйду в старте. В мыслях было лишь: “Господи!”.

Моуриньо выпустил в старте Харропа, а также Мактоминея, Акселя Туанзебе, Тимоти Фосу-Менса и Деметри Митчелла.

“Он позвал всех нас к себе в офис и сказал: “Сильно не переживайте насчёт матча, просто выходите на поле и постарайтесь получить удовольствие”. В раздевалке Каррик выдал такую фразу: “Вы ждали этого момента всю свою жизнь, но играете в футбол ежедневно, поэтому просто будьте собой и не волнуйтесь”.

“Правая рука Жозе, Руи Фария сказал: - “Улыбнись”. А я тогда подумал: - “Я что, не улыбаюсь? Я улыбаюсь изнутри”. Я даже особо не нервничал, просто был взбудоражен. Через 15 минут после свистка я забил. Мой день рождения как раз 15 числа. Адреналин переполнил моё тело после гола”.

Ассист Погба навеял и определённую грусть, ведь Харроп играл с французом в кейджболлл (прим. - футбол на закрытом пространстве, в клетке) ещё во времена академии.

“Мы фристайлили целый час”, - продолжает Харроп.

Погба провёл в “Ювентусе” четыре года, но всё ещё помнил Харропа, когда вернулся в “Юнайтед”.

“Я не знал, вспомнит ли он меня, но при встрече он сразу сказал: “Эй, я видел твой недавний гол!”. Я забил в ворота “Солфорда” во время предсезонки: уложил защитника, а затем перекинул мяч через вратаря. Гол сразу же попал в сеть”.

Дебют Албистона состоялся в октябре 1974 года:

“Вообще-то, я был в Шотландии и готовился к юношескому матчу за свою страну, когда мне позвонили и сказали вернуться”, - рассказывает он.

“Это был матч Кубка Лиги против “Манчестер Сити”. Тогда мы были во втором дивизионе, а “Сити” был на ходу”.

“Игра проходила на “Олд Траффорд”, я ещё никогда не выходил на поле перед 55 000 тысячами болельщиков. Сложилось впечатление, что эти люди вернулись домой с работы или школы, выпили чаю, а затем сразу отправились на стадион, чтобы посмотреть матч “Юнайтед”. Ощущение было такое, что ты просто обязан добыть результат, чтобы не подвести всех этих людей”.

Первая игра Уолша выдалась сложной, и случилась в 1986 году против “Виллы” - это был старт правления Фергюсона.

“После игры у меня была сильная головная боль”, - рассказывает он.

“У “Виллы” было два огромных центрфорварда - Энди Грей и Гарри Томпсон, они просто размазали меня. Матч закончился со счётом 3-3. После финального свистка, первым, кто подошёл ко мне и пожал руку стал Брайан Робсон, никогда этого не забуду”.

Блэкмор, дебютировавший в мае 1984 года под руководством Аткинсона, помнит свой первый матч по иной причине:

“Есть фото, где у меня пышные кудрявые волосы”, - говорит он.

“Это был последний матч сезона, мы играли против “Ноттингема”, я вышел играть правого полузащитника, вместе с Рэйем Уилкинсом и Брайном Робсоном - вполне неплохо. Но мы всё равно проиграли”.

“Это было печально, ведь за победу мы могли получить 600 фунтов бонусов. Мы тогда были детьми, и получали всего 40 фунтов в неделю. Копейки”.


Ах, да, деньги. Вопрос о том, сколько нужно платить игроку, вот-вот вышедшему из академии, стар как время. Пожалуй, учитывая раздутые зарплаты в наше время, на него ответить стало ещё сложнее.

Поговорите с людьми из “Юнайтед”, и они расскажут, что платят игрокам академии достойные зарплаты, чтобы соперничать с конкурентами, но не предлагают завышенные условия слишком рано, если сравнивать с другими клубами. Молодые игроки могут подписать первый профессиональный контракт в свой 17-й день рождения, но “Юнайтед” редко так рано кого-либо награждает крупным контрактом. В клубе есть понимание, что сделки, предложенные игрокам академии, должны быть структурированы. Профессионалы первого года получают не намного больше средней годовой зарплаты по Лондону, но уже на второй год их зарплата может превысить шестизначную цифру.

Мы часто слышим истории о пятизначной недельной зарплате, которую получают 18-летние игроки первой команды. Батт считает, что споры о том, что игроков академии “портит” финансовая составляющая “бессмысленны”, так как подобные обсуждения велись всегда, а игра не стоит на месте:

“Когда мы выпускались из академии и подписали контракты в 17 лет, клуб выдал нам автомобили. Помню, как взрослые игроки считали, что “это неправильно”.

“Бывают хорошие и плохие ребята, а также те, что посередине. Плохие отсеются сами, а вот перевести последних на сторону хороших - самая важная задача академии”.

Что же касательно тех машин?

“Стыдно признаваться, но я, Скоулзи, Нев и Бекс - все мы получили одинаковые машины, ещё и одного цвета. Это была голубая Honda Prelude. Моя была с номером M54, из-за номера на моей тренировочной футболке. Скоулзи - M56. Оглядываясь на то время, думаю, мы выглядели как кучка придурков”.

Не так давно у игроков было меньше влияния, особенно у воспитанников.

“Мой первый контракт подразумевал недельную зарплату в 6.43 фунта, и марка в 57 пенсов на государственную страховку”, - рассказывает Албистон.

“Позднее, контракты были размером в 40, 50 фунтов. Но сейчас совсем другое время”.

Блэкмор говорит:

“В то время агентов у нас не было. Один из контрактов я подписал с Большим Роном (прим. - Рон Аткинсон) на выходе из спортзала. Он шёл по своим делам после тренировки, мы болтали и шутили. Он был умён, и знал, что делает. Может показаться, что молодому игроку легче получить больше денег, но нужно было потрудиться. У меня не было опыта, мне было 20 или 21”.

Конечно, клубы присматривают за игроками и в иных смыслах:

“Я играл в бутсах Брайана Кидда, когда мне было 14 и 15, потому что у нас был одинаковый размер ноги, а мои уже износились”, - рассказывает Гиггз.

“У меня были лишь бутсы фирмы Mitre, которые мне дали английские школьники. Я не мог позволить себе собственные. Когда я рассказал ему об этом, он сказал: “Бери мои”. В итоге, он дал мне свои Adidas FX-1, которые считались топовыми”.


Конечно, не каждый может реализовать себя в “Юнайтед”. А решиться на то, чтобы попытать себя где-то ещё, может быть тяжело. После многих лет в одном клубе, когда правильно принять решение попрощаться?

Для Харропа такой момент настал вскоре после того, как он заявил о себе и забил в ворота “Пэлас”. Одна игра, один гол.

“До дебюта, я общался со своим отцом и сказал, что “мне придётся уйти”. Когда достигаешь определённого возраста, на тебя перестают обращать внимание”. Харропу был 21 год.

“Я сыграл, забил, и следующая пара недель стала высшей точкой моей жизни. Но после этого, мне нужно было принять решение. “Юнайтед” не вселил в меня какой-либо уверенности, что они хотят меня сохранить. Они предложили контракт, но я не понимал, на какой стадии развития нахожусь. Это было самым сложным решением в моей жизни”.

Харроп в качестве свободного агента присоединился к “Престону”, который сражается за путёвку в Премьер-Лигу. Он забил 5 голов в 15 матчах этого сезона.

“У меня было несколько вариантов из-за рубежа, но я ещё не хотел подобных изменений, хотел проявить себя в Англии. Сейчас я счастлив”, - заключил он.

Уолш покинул “Юнайтед” в 1992 году, после 12 лет в клубе и 63 сыгранных матчей.

“Если бы я пожелал, то мог остаться в “Юнайтед” до конца карьеры, но я бы не смог быть первым выбором при наличии в команде одного великого датчанина. Ну, знаете, он был вполне неплох. Его звали Шмейхель”, - подшучивает Уолш.

“За три дня до начала сезона, мне позвонил Брайан Робсон, в то время тренировавший “Мидлсборо”, и предложил роль второго вратаря. Люди не понимали, почему я оставил роль второго вратаря в “Юнайтед”, ради той же роли в “Мидлсборо”. Но я был так уверен в себе, что рассчитывал стать там первым номером. Такую веру Сэр Алекс вселял во всех молодых игроков. Со временем я начал понимать, что он ошибался - я был далеко не так хорош!”

Уэлленс сыграл за “Юнайтед” лишь однажды, 13 октября 1999 года, выйдя с замены против “Астон Виллы” в рамках Кубки Лиги.

“Безусловно, ты надеешься, что это лишь начало, но со временем ко мне пришло понимание”, - рассказывает он.

“В то время нашими полузащитниками были Скоулз, Кин, Гиггз и Бекхэм. Добавьте к ним и Батта. Я спрашивал себя: “Разве можно потеснить хоть кого-то из них?”

“Иногда даже Карел Поборский, Йорди Кройфф, Ронни Йонсен не могли пройти в состав. Мы играли матчи среди резервистов, и уровень игры был просто блестящим”.

Этот опыт позволил Уэлленсу насладиться хорошей карьерой в дивизионах уровнем ниже. Он отыграл почти 700 матчей, и добивался повышения в классе с “Блэкпулом” и “Донкастером”. При Найджеле Пирсоне, он также был капитаном “Лестера”.

“Если взглянуть на мою возрастную категорию, то мы видим, что Уэс Браун, Джон О’Ши, Даррен Флетчер смогли провести хорошую карьеру в “Юнайтед”, но часть игроков добилась хороших карьер в других клубах - это Дэвид Хили, Дэнни Хиггинботам, Джон Куртис, Дэнни Уэббер”, - продолжает он.

Дети против мужчин - главная идея развития молодёжи. Будучи подростком, Гиггз вспоминает, как в резервных матчах “Юнайтед” боролся против Дэйва Уотсона, который был на 12 лет его старше. Рон Аткинсон считает, что старая Центральная Лига (прим. - футбольная лига для резервных команд английских клубов, в основном для членов Футбольной лиги Англии) была хорошей “площадкой для развития”.

“Молодые парни могли играть против опытных игроков”, - делится Аткинсон с The Athletic.

Хотя, время от времени, технически одарёным игрокам там приходилось тяжело.

“Марк Демпси был как раз из таких. Он был способным, но небольшим, поэтому физически в том возрасте он просто не был готов к игре в первой команде”, - вспоминает Аткинсон.

“Если бы физически он был как Норман Уайтсайд, то попал бы в команду раньше”.

Демпси сыграл за “Юнайтед” всего дважды, но сейчас, в свои 55, он вернулся в клуб и числится в тренерском штабе Сульшера. Перед матчем с “Алкмааром”, он и Каррик первыми появились на тренировочных полях “Каррингтона”.


На те же тренировочные поля, перед сентябрьским домашним матчем против “Астаны”, вместе с первой командой “Юнайтед” вышел Уэлленс. Но не Ричи, а его сын Чарли, которому в декабре исполнилось 17.

“Это блестяще, что Сульшер поступает таким образом”, - рассказывает Уэлленс старший.

“Помню, когда мне было 16 или 17, это так много значило, когда ты получаешь возможность тренироваться с первой командой. Это ощущение заставляет тебя стремиться к ещё большему”.

Чарли здорово себя проявляет в академии клуба, и уже успел появиться на поле в составе команды до 23 лет.

“Он хорошо развивается”, - продолжает Уэлленс.

“Думаю, скоро он заслужит профессиональный контракт. Несколько клубов уже связывались со мной относительно сына”.

Иметь отца, который успешно прошёл схожий путь, может создавать дополнительное давление.

“Когда ему было 11 или 12, я слишком давил на него, и это доходило до того, что он уже не так сильно наслаждался тем, что делает. Поэтому, я решил оставить его в покое”, - делится Уэлленс.

“Он развивался сам по себе, с помощью тренеров “Юнайтед”. Думаю, это лучший вариант для родителей, ведь если они начинают слишком давить на детей, это может дать негативный эффект”.

В возрастной группе несколькими годами моложе Уэлленса, есть мальчик с довольно знаменитой фамилией. Заку Гиггзу всего 13, но на его плечах нет ожиданий, что он повторит путь отца.

Гиггз говорит: “Хорошая вещь в том, что Зак находится в “Юнайтед” с 7 лет, поэтому все ребята относятся к нему одинаково. Сын Ники того же возраста, так что, их таких двое”.

Перспектива через несколько лет снова увидеть полузащиту с Баттом и Гиггзом поднимает настроение. Но, конечно, всё не так просто. У них впереди ещё много лет упорной работы - и не только на футбольных полях.

“Я даю Заку поручения: убирать постель, и всякое такое, ведь он должен обладать дисциплиной”, - рассказывает Гиггз.

“Вообще, он более взрослый, чем я в его возрасте, и всё из-за интернета - ты растёшь быстрее. Он умнее, чем я был в то время, но, пожалуй, обладает меньшим опытом. К примеру, когда он был младше, ему не нужно было знать как переходить дорогу с сильным движением, так как наша дорога приватизирована. Плюс я добирался на автобусе, а его всегда подвозят”.

“Помимо этого, условия в “Каррингтоне” просто потрясающие. Старой школе просто говорить, что молодёжи сейчас всё легко даётся, но то, что сейчас всё доступно - это отражение общества”.

Гиггз добавляет:

“В последние 6-7 месяцев он играл в футбол не так много, так как из-за скачка роста у него случилась болезнь Шляттера. Но сейчас ему уже лучше. Он очень сильно вырос. В школе он играет в полузащите, но иногда и правого защитника”.

Так что, старина Гиггз может подсказать сыну, как справляться с хитрыми левыми вингерами.


Против “Алкмаара” на поле вышло пять выпускников академии, и ещё четыре остались на скамейке. Когда “Эвертон” приедет на “Олд Траффорд”, цифры будут схожими. Имея Рэшфорда, Мактоминея, Лингарда, Погба, Туанзебе, Андреаса Перейру, Брендона Уилльямса и Мейсона Гринвуда - “Юнайтед” может быть уверен в том, что отметка серии перевалит за 4 000 матчей.

Ник Кокс, глава академии клуба, считает, что в этом и состоит их главная миссия.

“Структура нашего клуба в этом и заключается. Мы не ждём за это ежедневной похвалы”, - рассказывает он.

“Мы приходим с желанием знать, что мы - не те, кто подвёл команду. Нам нужно обладать уверенностью, что через десять лет в команде будут игроки, готовые дебютировать”.

Имея Итана Лэрда, Дилана Левитта и Джеймса Гарнера, которые на всех парах пытаются пробиться в первую команду, а также многих других в младших возрастных группах, просто невозможно представить, что когда-нибудь эта серия закончится. Нет сомнений, что она будет длиться ещё очень долгое время.